Он вернулся к своему креслу и нажал укрытую под столешницей кнопку. Теперь Энди сможет услышать их разговор прямо сейчас или потом прослушать пленку. Лоренс понимал, что Декстер об этом догадывается. Он подозревал, что ставшая притчей во языцех дамская сумочка, всегда висевшая у нее на плече, уже записывает все, о чем говорится в Овальном кабинете. Тем не менее ему нужно было зафиксировать и свою версию событий.

– Поскольку вы, судя по всему, очень хорошо информированы, – сказал президент, усаживаясь, – быть может, и меня вы более подробно проинформируете о том, что же все-таки произошло в Боготе.

Хелен Декстер, не прореагировав на его сарказм, открыла папку с надписью «Ознакомить президента лично».

– Из нескольких достоверных источников получено подтверждение того, что убийство совершено стрелком-одиночкой, – прочитала она.

– Назовите хотя бы один из ваших источников, – перебил ее президент.

– Наш атташе по культуре в Боготе, – ответила директор.

Лоренс недовольно поднял бровь. Половина культурных атташе в американских посольствах по всему миру работают на ЦРУ. Они гонят информацию напрямую в Лэнгли к Хелен Декстер без ведома своих послов, не говоря уже о госдепартаменте. Большинство из них не отличит Баха от Фейербаха, а рококо – от рок-н-ролла.

Президент вздохнул:

– Ну, а он что думает? Кто нанял киллера?

Декстер достала из папки фотографию и протянула ее президенту. На ней был хорошо одетый, по виду преуспевающий мужчина среднего возраста.

– Карлос Велес, – сказала Декстер. – Он возглавляет второй по могуществу колумбийский наркосиндикат. Гусман контролировал самый могущественный.